American business is business.

Пре­зи­дент Каль­вин Ку­лидж в 1925 го­ду, про­воз­гла­сив ло­зунг "American business is business", дал но­вое оп­ре­де­ле­ние Аме­ри­кан­ской Меч­те, к это­му вре­ме­ни по­те­ряв­шей свой ре­ли­ги­оз­ный фун­да­мент, за­ло­жен­ный От­ца­ми-Пи­лиг­ри­ма­ми. Аме­ри­кан­ская Идея, прой­дя че­рез три сто­ле­тия сво­его раз­ви­тия, транс­фор­ми­ро­ва­лась к 20-ым го­дам про­шло­го ве­ка в Идею Биз­не­са, идею ка­пи­та­лиз­ма.
20-ые годы были эпо­хой Про­цве­та­ния, всеобщего бла­го­по­лу­чия. Ис­чез­ла без­ра­бо­ти­ца, так как Аме­ри­ка по­став­ля­ла в раз­ру­шен­ную вой­ной Ев­ро­пу ог­ром­ный объ­ем сво­их то­ва­ров, а за­ра­бот­ная пла­та аме­ри­кан­ских ра­бот­ни­ков бы­ла в не­сколь­ко раз вы­ше чем у ев­ро­пей­цев. Те же, кто был во­вле­чен в биз­нес, в де­ло­вую иг­ру, вкладывал деньги в акции, получали небывалые прежде дивиденды, причем количество внезапно разбогатевших исчислялось уже не тысячами, как в прежние времена, а миллионами. В борьбу за богатство включились многие слои населения.
В до-ин­ду­ст­ри­аль­ную эпо­ху борь­ба за бо­гат­ст­во про­хо­ди­ла толь­ко внут­ри пра­­­­­­­­­­в­­я­­щего клас­са, низ­шие клас­сы в ней не уча­ст­во­ва­ли, они при­ни­ма­ли ус­ло­вия сво­ей жиз­ни без вся­кой борь­бы. Са­мо сло­во "борь­ба" поч­ти не упот­реб­ля­лось, так как эко­но­ми­че­ский ста­тус был за­кре­п­лен за ка­ж­дым клас­сом, и он не ме­нял­ся ве­ка­ми. После I-ой Мировой войны, на волне необычайного роста ин­ду­ст­ри­аль­но­го про­из­вод­ст­ва, в битву за богатство включились мас­сы, и вой­на всех про­тив всех пре­вра­ти­лась в об­ще­при­ня­тый стиль жиз­ни цивилизованного мира. В ка­ж­дой стра­не вой­на всех про­тив всех име­ла свои осо­бые фор­мы, свое идео­ло­ги­че­ское обос­но­ва­ние, свя­зан­ное с на­цио­наль­ны­ми тра­ди­ция­ми, на­цио­наль­ной историей и политическим устройством. На Западе это была борьба за богатство, в Советской России борьба за богатство имела особую форму, это была борьба за власть, так как только принадлежность к ее вертикали давала возможность элементарного физического выживания.
Новые политические лозунги появившиеся в 20-ые годы, советские - "Борь­ба с клас­со­вым вра­гом", "Борь­ба с пе­ре­жит­ка­ми", "Борь­ба за по­вы­ше­ние тру­да", "Борь­ба за вы­со­кий уро­жай", аме­ри­кан­ские - "Кон­ку­рент­ная борь­ба", "Борь­ба с бед­но­стью", "Борь­ба с пре­ступ­но­стью". "Моя борь­ба", на­звал свою про­грамм­ную кни­гу Адольф Гит­лер. Все ви­ды и фор­мы об­ще­ст­вен­ных от­но­ше­ний ста­ли вос­при­ни­мать­ся как борь­ба.
В Гер­ма­нии и Рос­сии борь­ба в по­ли­ти­ке и эко­но­ми­ке на­прав­ля­лась и кон­тро­ли­ро­ва­лась го­су­дар­ст­вом, боль­шая часть на­се­ле­ния бы­ла лишь ин­ст­ру­мен­том, ко­то­рый ис­поль­зо­ва­ли бор­цы, по­ли­ти­че­ская но­менк­ла­ту­ра. В США, в ус­ло­ви­ях эко­но­ми­че­ской де­мо­кра­тии, в борь­бу за бо­гат­ст­во бы­ли втя­ну­ты все слои на­се­ле­ния и она от­ли­ча­лась от дру­гих стран не­­б­ы­­ва­ло­й в ис­то­рии раз­ма­хом и ин­тен­сив­но­стью.
Теория борьбы всех против всех была сформулирована еще в 17-ом ве­ке, анг­лий­ским фи­ло­софом, Джоном Локком, - его краткая фраза "ка­ж­дый сам за се­бя" стала квинтэссенцией жизненных постулатов наступающего Нового Времени. В 19-ом ве­ке Дар­вин пе­ре­вел фи­ло­соф­ские и по­ли­ти­че­ские идеи Лок­ка на язык нау­ки о че­ло­ве­ке - ан­тро­по­ло­гии. В его ка­те­го­ри­ях, че­ло­век выс­шее жи­вот­ное в жи­вот­ном цар­ст­ве, на­хо­дя­щее­ся в по­сто­ян­ной борь­бе за вы­жи­ва­ние, в ко­то­рой по­бе­ж­да­ет силь­ней­ший. Че­ло­век про­изо­шел от обезь­я­ны, он часть при­ро­ды, а в при­ро­де не су­ще­ст­ву­ет ду­ши. толь­ко "во­ля к жиз­ни".
Тео­рия Дар­ви­на обос­но­ва­ла и оп­рав­да­ла борь­бу за ма­те­ри­аль­ные бо­гат­ст­ва, кон­ку­рен­цию, как глав­ную си­лу эво­лю­ции и Про­грес­са. Кон­ку­рен­ция при­во­дит к вла­сти силь­ных, толь­ко они спо­соб­ны из­ме­нять и со­вер­шен­ст­во­вать об­ще­ст­во.
Точнее Дарвина и Локка, о жизни как борьбе всех против всех, говорил Ниц­ше, который счи­тал, что об­ще­ст­во мо­жет раз­ви­вать­ся толь­ко бла­го­да­ря став­ке на силь­ных, со­чув­ст­вие к сла­бым раз­ру­ша­ет са­ми ос­но­вы жиз­ни, ли­ша­ет об­ще­ст­во ди­на­ми­ки, экс­плуа­та­ция слабых сильными ор­га­ни­че­ская функ­ция жиз­ни.
Идеи Ниц­ше бы­ли дис­кре­ди­ти­ро­ва­ны в об­ще­ст­вен­ном мне­нии тем фак­том, что его имя и его фи­ло­со­фия бы­ли взя­ты на воо­ру­же­ние фа­ши­ст­кой про­па­ган­дой, но в прак­ти­ке эко­но­ми­че­ской де­мо­кра­тии на прин­ци­пах, про­воз­гла­шен­ных Ниц­ше, стро­ят­ся мно­гие фор­мы об­ще­ст­вен­ных от­но­ше­ний.
Аме­ри­кан­ский эко­но­мист Грэм Сам­нер писал в се­ре­ди­не 19-го ве­ка, - "У нас есть толь­ко две аль­тер­на­ти­вы - сво­бо­да кон­ку­рен­ции, в ко­то­рой по­бе­ж­да­ют силь­ней­шие, что при­ве­дет к вы­жи­ва­нию все­го луч­ше­го и унич­то­же­нию худ­ше­го, или от­сут­ст­вие сво­бо­ды и по­бе­да худ­ше­го над луч­шим."
Ал Дун­лап, пре­зи­дент Sunbeam Corporation, кам­па­нии, за­ни­маю­щей­ся вы­со­ки­ми тех­но­ло­гия­ми, не философ, он че­ло­век прак­ти­ки, а прак­ти­ка под­твер­жда­ет идеи, вы­ска­зан­ные в 19-ом ве­ке, - "Для то­го что­бы ин­ду­ст­рия бы­ла кон­ку­рен­то­спо­соб­ной она не долж­на быть оза­бо­че­на судь­ба­ми лю­дей. Ин­ду­ст­рия - это не цер­ковь, шко­ла, кол­ледж или фи­лан­тро­пи­че­ский фонд."
Аль­тер­на­ти­вой кон­ку­рен­ции бы­ло со­хра­не­ние ста­тус-кво хри­сти­ан­ских нрав­ст­вен­ных норм, т.е. осу­ж­де­ние борь­бы ме­ж­ду людь­ми за улуч­ше­ние сво­ей жиз­ни, со­ци­аль­ная и эко­но­ми­че­ская пас­сив­ность, и со­хра­не­ние мно­го­ве­ко­вой тра­ди­ции, ос­вя­щен­ной ав­то­ри­те­том церк­ви - раз­де­ле­ние об­ще­ст­ва на не­мно­го­чис­лен­ную эли­ту и ос­нов­ную мас­су на­се­ле­ния, жи­ву­щую в ве­ко­вой ни­ще­те.
Кон­ку­рен­ция дает каждому возможность стать по­бе­ди­те­лем и, хо­тя боль­шин­ст­во по­тер­пят по­ра­же­ние, в про­цес­се кон­ку­рен­ции бу­дут соз­да­ны та­кие бо­гат­ст­ва, ка­ких не зна­ла че­ло­ве­че­ская ис­то­рия, и часть этих бо­гатств по­лу­чат и по­бе­ж­ден­ные.
Но, для то­го что­бы конкуренция бы­ла эф­фек­тив­ной, об­ще­ст­во долж­но рас­про­щать­ся с тра­ди­ци­он­ной хри­сти­ан­ской эти­кой - "все лю­ди бра­тья". У эко­но­ми­ки од­на за­да­ча - соз­да­ние бо­гатств, а все­об­щее брат­ст­во - это фи­лан­тро­пия. А фи­лан­тро­пия ни­че­го не соз­да­ет, она толь­ко рас­пре­де­ля­ет то, что уже соз­да­но.
Ре­ли­гия го­во­рит о ду­хов­ных, нрав­ст­вен­ных цен­но­стях, эко­но­ми­ка о цен­но­стях ма­те­ри­аль­ных, и долж­на быть без­жа­ло­ст­ной к сла­бым, не­про­дук­тив­ным ра­бот­ни­кам, ина­че рос­т про­из­вод­ст­ва за­мед­лит­ся, об­­щ­е­­ст­­вен­но­е бо­гат­ст­во умень­шит­ся. Те, кто не­при­­сп­о­с­об­лен к ус­ло­ви­ям, в ко­то­рые ста­вит ра­бот­ни­ка ин­ду­ст­ри­аль­ное про­из­вод­ст­во и биз­нес, мо­би­ли­за­ции всех фи­зи­че­ских и пси­хо­ло­ги­че­ских ре­сур­сов, долж­ны быть вы­бро­ше­ны из иг­ры, они ста­но­вят­ся из­лиш­ним, тор­мо­зя­щим дви­же­ние бал­ла­стом. В кон­ку­рентной борьбе ус­пех од­но­го оз­на­ча­ет по­ра­же­ние мно­гих, но это не­из­беж­ная пла­та за материальное про­цве­та­ние все­го об­ще­ст­ва. Мо­раль не создает об­ще­ст­вен­ные бо­гат­ст­ва.
Не­мец­кий со­цио­лог Макс Ве­бер в сво­ей ра­бо­те, опуб­ли­ко­ван­ной в на­ча­ле XX-ве­ка, "Ка­пи­та­лизм и про­тес­тант­ская эти­ка" по­ка­зал как из идео­ло­гии про­тес­тан­тиз­ма вы­рас­тала эти­ка биз­не­са. "По­бе­ди­тель (в кон­ку­рент­ной борь­бе) по­лу­ча­ет не толь­ко бо­гат­ст­во, он по­лу­ча­ет би­лет в рай", писал о слиянии морали протестантизма с моралью бизнеса Алек­си­с То­к­ви­ль.
Джон Мор­ган, соз­да­тель бан­ков­ской сис­те­мы Аме­ри­ки, был че­ло­ве­ком глу­бо­ко ре­ли­ги­оз­ным, на свои сред­ст­ва стро­ил церк­ви и вы­сту­пал в них с вос­крес­ны­ми про­по­ве­дя­ми. Од­на из его наи­бо­лее из­вест­ных сен­тен­ций, - "Я ни­че­го не дол­жен об­ще­ст­ву. Свои день­ги я по­лу­чил от Бо­га". Мор­­г­ана на­­з­ывали ба­ро­ном-гра­би­те­лем, он сде­лал свои день­ги на фи­нан­со­вых ма­хи­на­ци­ях, ос­та­вив сво­их парт­не­ров по биз­не­су ни­щи­ми и по­лу­чил свой "би­лет в рай". По оп­ре­де­ле­нию Мар­ка Тве­на, ис­точ­ник бо­гатств фи­нан­си­ста это "день­ги ле­ни­вых, не­удач­ни­ков и не­­ве­ж­д, ко­то­рые ему до­ве­ри­лись".
Перед началом Гра­ж­дан­ской вой­ны Морган ку­пил 5 ты­сяч сло­ман­ных ру­жей, хра­нив­ших­ся в ар­се­на­ле нью-йорк­ско­го гар­ни­зо­на, по 3 дол­ла­ра за шту­ку, и про­дал их по 22 дол­ла­ра за шту­ку в Вир­жи­нии, где то­гда шли ак­тив­ные во­ен­ные дей­ст­вия, и ар­мии Се­ве­ра сроч­но тре­бо­ва­лось ору­жие. Од­ним рос­чер­ком пе­ра он "за­ра­бо­тал" око­ло чет­вер­ти мил­лио­на дол­ла­ров. Ко­гда вы­яс­ни­лись де­та­ли этой сдел­ки, то­гда Мор­ган и про­из­нес в свою за­щи­ту, став­шей зна­ме­ни­той фра­зу, - "Свои день­ги я по­лу­чил от Бо­га".
Свои день­ги Мор­ган по­лу­чил от го­су­дар­ст­ва, в ру­ках ко­то­ро­го на­хо­ди­лись сбе­ре­же­ния все­го на­се­ле­ния США в ви­де на­ло­гов. Го­су­дар­ст­вен­ные день­ги, т.е. день­ги при­над­ле­жа­щие все­му об­ще­ст­ву, ис­поль­зо­ва­лись и ис­поль­зу­ют­ся се­го­дня для соз­да­ния бо­гатств от­дель­ны­ми пред­при­ни­ма­те­ля­ми и кор­по­ра­ция­ми, хо­тя со вре­мен Мор­га­на в этой сфе­ре про­изо­шел зна­чи­тель­ный про­гресс, пе­ре­да­ча об­ще­ст­вен­ных средств кор­по­ра­ци­ям уза­ко­не­на.
По определению Карла Маркса ис­точ­ник бо­гатств бизнесмена при­ба­воч­ная стои­мость, ее соз­да­ет не бог, а ра­бот­ник, он создает богатства для ка­пи­та­листа и финансиста.
Экономисты ХХ-го века, века новых технологий, видят этот процесс по другому, богатство является результатом ис­поль­зо­ва­ни­я в бизнесе но­вых ма­шин, но­вой тех­ники, новых методов производства.
Эко­но­мист Тор­стейн Веб­лен, од­на­ко, ут­вер­ждал, что ме­ха­ни­за­ция де­ла­ет биз­нес­ме­на бо­га­че не столь­ко за счет ис­поль­зо­ва­ния са­мих ма­шин, сколь­ко за счет при­спо­соб­ле­ния ра­бот­ни­ка к ма­ши­не. Ра­бот­ник слож­нее ма­ши­ны, ум­нее ма­ши­ны, его твор­че­ский под­ход воз­ме­ща­ет при­ми­тив­ность ма­ши­ны, что и де­ла­ет биз­нес­ме­на бо­га­чом. Биз­нес­мен пе­ре­во­дит че­ло­ве­че­ское бо­гат­ст­во в бо­гат­ст­во ма­те­ри­аль­ное, пре­вра­щая ра­бот­ни­ка в при­да­ток к ма­ши­не, а са­мо об­ще­ст­во в фаб­ри­ку для про­из­вод­ст­ва все боль­ше­го ко­ли­че­ст­ва то­ва­ров. Биз­нес ор­га­ни­зу­ет труд мно­гих лю­дей, по­лу­чаю­щих сред­ст­ва к су­ще­ст­во­ва­нию, но боль­шая часть ре­зуль­та­тов их тру­да дос­та­ет­ся ор­га­ни­за­то­ру биз­не­са, ма­ни­пу­ли­рую­ще­го твор­че­ски­ми ре­сур­са­ми все­го об­ще­ст­ва.
В идеа­ле, биз­нес­мен за­ин­те­ре­со­ван в удов­ле­тво­ре­нии спро­са на­се­ле­ния в лю­бом про­дук­те, ко­то­рый мож­но про­дать. Но об­ще­ст­вен­ное бла­го­по­лу­чие не мо­жет быть це­лью биз­нес­ме­на, его цель как мож­но бы­ст­рее раз­бо­га­теть, и, ес­ли биз­нес не при­но­сит ожи­дае­мых ди­ви­ден­дов, он им про­сто не бу­дет за­ни­мать­ся. Но прибыль он мо­жет по­лу­чить, лишь соз­да­вая ма­те­ри­аль­ные бо­гат­ст­ва для все­го об­ще­ст­ва.
Бо­гат­ст­во соз­да­ет­ся тру­дом мил­лио­нов ра­бот­ни­ков, но аме­ри­кан­ский эко­но­мист Райт Милл в сво­их ра­бо­тах по­ка­зал, что сам по се­бе труд мо­жет дать сред­ст­ва к су­ще­ст­во­ва­нию, но не мо­жет при­нес­ти бо­гат­ст­во. Бо­гат­ст­во не за­ра­ба­ты­ва­ет­ся, а при­об­ре­та­ет­ся в ре­зуль­та­те экс­плуа­та­ции, ма­ни­пу­ля­ций ка­пи­та­лом и пря­мым об­ма­ном.
Эко­но­ми­ка стро­ит­ся на прин­ци­пе - "ку­пи де­шев­ле, про­дай до­ро­же", поэтому ус­пех биз­не­смена за­ви­сит, пре­ж­де все­го, от его уме­ния про­дать что-то до­ро­же, чем оно ре­аль­но сто­ит, или за­пла­тить де­шев­ле за то, что сто­ит до­ро­же. Этот фун­да­мен­таль­ный прин­цип эко­но­ми­ки изначально пред­по­ла­га­ет на­ру­ше­ние пра­вил че­ст­ной иг­ры.
Ес­ли 10 че­ло­век, го­во­рит Милл, ищут нефть и ску­па­ют уча­ст­ки зем­ли в на­де­ж­де об­на­ру­жить там нефть и на­хо­дит нефть толь­ко один, это во­все не оз­на­ча­ет, что он ум­нее или бо­лее тру­до­лю­бив, не­же­ли ос­таль­ные 9 вла­дель­цев уча­ст­ков.
Это оз­на­ча­ет толь­ко то, что по­бе­ди­тель имел боль­ше средств не­же­ли дру­гие, что­бы на­нять ин­же­не­ров и по­лу­чить ин­фор­ма­цию о том, где нефть есть, ин­фор­ма­цию не­дос­туп­ную ос­таль­ным, или, воз­мож­но, до­был ее, под­ку­пив го­су­дар­ст­вен­ных чи­нов­ни­ков. Милл не на­зы­ва­ет имен, но име­ет в ви­ду Джо­на Рок­фел­ле­ра, ко­то­рый ку­пил на го­су­дар­ст­вен­ном аук­цио­не ог­ром­ные уча­ст­ки зем­ли в Те­ха­се.
Вме­сте с ним в аук­цио­не уча­ст­во­ва­ли сот­ни дру­гих, в на­де­ж­де, что на их уча­ст­ках об­на­ру­жить­ся нефть. Но она бы­ла най­де­на толь­ко на уча­ст­ках при­об­ре­тен­ных Рок­фел­ле­ром, ко­то­рый по­лу­чил ин­фор­ма­цию о мес­тах за­ле­га­ния неф­ти на про­да­вае­мых уча­ст­ках, под­ку­пив чи­нов­ни­ков. Рок­фел­лер за­пла­тил $40.000 за уча­ст­ки, на ко­то­рых бы­ла нефть на де­сят­ки мил­лио­нов дол­ла­ров.
В кон­ку­рент­ной борь­бе зна­чи­тель­ную роль иг­ра­ет так­же слу­чай­ность, как, ска­жем, в кон­ку­рен­ции ме­ж­ду зо­ло­то­ис­ка­те­ля­ми - од­ни на­хо­дят са­мо­род­ки или зо­ло­тую жи­лу, дру­гие на­хо­дят кру­пи­цы зо­ло­та, ко­то­рых дос­та­точ­но толь­ко что­бы про­кор­мить­ся, или не на­хо­дят ни­че­го. Объ­ем тру­да вло­жен оди­на­ко­вый, а ре­зуль­та­ты от­ли­ча­ют­ся, как не­бо от зем­ли.
Биз­нес - это иг­ра в эко­но­ми­че­ской сфе­ре, и ес­ли вам не по­вез­ло, вам не­ко­го ви­нить, ес­ли вы про­иг­ра­ли, зна­чит бы­ли пло­хо под­го­тов­ле­ны к иг­ре. Как и в лю­бой иг­ре, в иг­ре сво­бод­но­го рын­ка есть по­бе­ди­те­ли и по­бе­ж­ден­ные, и, в гла­зах об­ще­ст­ва, это не про­ти­во­ре­чит идее со­ци­аль­ной спра­вед­ли­во­сти .
"Биз­нес - это спорт, в ко­то­ром во­ля к по­бе­де, уме­ние иг­рать в ко­ман­де, при­во­дят к ус­пе­ху, ко­то­рый вы­ра­жа­ет­ся уже не в оч­ках и го­лах, а дол­ла­рах. Уме­ние "play ball" - это фун­да­мент ус­пе­ха в биз­не­се, ко­то­рый соб­ст­вен­но, и есть спорт.", пи­сал аме­ри­кан­ский со­цио­лог Абель.
Ра­зу­ме­ет­ся, сво­бод­ный ры­нок это иг­ра, но в спор­тив­ной иг­ре су­ще­ст­ву­ют сим­во­ли­че­ские зна­ки по­бе­ды, как ска­жем, в фут­бо­ле, ко­ли­че­ст­во го­лов в во­ро­та про­тив­ни­ка. Но те, кто в спор­тив­ной борь­бе про­иг­рал, не те­ря­ют средств к су­ще­ст­во­ва­нию. Про­иг­рыш в биз­не­се мо­жет при­вес­ти к жиз­нен­ной ка­та­ст­ро­фе, но в об­ще­ст­вен­ном мне­нии, ко­то­рое вос­при­ни­ма­ет биз­нес как спорт, это уже вне мо­раль­ных норм, та­ко­вы пра­ви­ла иг­ры, мо­раль - по­ня­тие из дру­гой ка­те­го­рии.
В США с рас­ши­ре­ни­ем воз­мож­но­стей уча­стия на­се­ле­ния в эко­но­ми­че­ской иг­ре тра­ди­ци­он­ная ре­ли­ги­оз­ная мо­раль по­сте­пен­но, шаг за ша­гом ус­ту­па­ла свое ме­сто но­вой мо­ра­ли, мо­ра­ли эко­но­ми­че­ско­го про­грес­са. В Со­вет­ской Рос­сии унич­то­же­ние ста­рой мо­ра­ли пре­­тв­о­­рялось в жизнь наи­бо­лее на­гляд­но, так как там про­хо­ди­ла гран­ди­оз­ная лом­ка са­мих ос­нов ста­рой жиз­ни.
"Но­вое луч­ше ста­ро­го", про­воз­гла­ша­ли Со­ве­ты и это был ло­зунг всех раз­ви­ваю­щих­ся ин­ду­ст­ри­аль­ных стран. От­каз от ста­ро­го, дис­кре­ди­та­ция тра­ди­ций - не­об­хо­ди­мость ус­ко­рен­но­го раз­ви­тия и Со­вет­ский Со­юз, сле­до­вал той же ло­ги­ке что и весь цивилизованный мир.
Ста­рые формы жиз­ни, тра­ди­ци­он­ные нормы мо­ра­ли в по­ли­ти­ке, эко­но­ми­ке и по­все­днев­ных от­но­ше­ни­ях должны были уступить свое место новым формам, новым нормам. Прин­цип ин­ду­ст­ри­аль­но­го про­грес­са - "Лес ру­бят - щеп­ки ле­тят", в нем нет мес­та мо­ра­ли или со­чув­ст­вия к "щеп­кам".
Со­еди­нен­ные Шта­ты не ну­ж­да­лись в идей­ном обосновании этого принципа, стрем­ле­ние к но­во­му и пре­неб­ре­же­ние к ста­ро­му, к тра­ди­ци­ям, бы­ло ес­те­ст­вен­ной чер­той ци­ви­ли­за­ции Но­во­го Све­та. Опыт стар­ше­го по­ко­ле­ния не имел цен­но­сти в гла­зах по­ко­ле­ния но­во­го, и "пе­ре­жит­ки про­шло­го", т.е. нор­мы тра­ди­ци­он­ной мо­ра­ли, в Со­еди­нен­ных Шта­тах уми­ра­ли ес­те­ст­вен­ной смер­тью. В Со­вет­ском Сою­зе для борь­бы с "пе­ре­жит­ка­ми " был соз­дан ог­ром­ный ре­прес­сив­ный ап­па­рат.
Для за­пад­но­го мира не толь­ко тра­ди­ци­он­ная мо­раль, но и идея ин­ди­ви­ду­аль­но­го пред­при­ни­ма­тель­ст­ва, соз­да­вав­ше­го бо­гат­ст­ва в пер­вый пе­ри­од ин­ду­ст­ри­аль­но­го раз­ви­тия, так­же пре­вра­ти­лась в пе­ре­жи­ток на но­вом эта­пе раз­ви­тия ка­пи­та­лиз­ма. Ин­ди­ви­ду­аль­ный биз­нес не мог удов­ле­тво­рить раз­рас­таю­щий­ся ры­нок. Это мог­ли сде­лать толь­ко круп­ные ор­га­ни­за­ции, кор­по­ра­ции. Толь­ко ор­га­ни­за­ции спо­соб­ны соз­да­вать сложные ин­фра­струк­ту­ры без которых невозможен рост экономики во всем ее объеме. А они действенны лишь при цен­тра­ли­за­ции управления и контроля. Хо­тя, при­ня­то счи­тать, что ос­но­вой эко­но­ми­ки яв­ля­ет­ся кон­ку­рен­ция, но кон­ку­рен­ция эф­фек­тив­на лишь на пер­во­на­чаль­ном эта­пе раз­ви­тия ка­кой-ли­бо но­вой фор­мы ин­ду­ст­рии, для существующих, вы­со­ко ор­га­ни­зо­ван­ных ин­ду­ст­рий, кон­ку­рен­ция раз­ру­ши­тель­на.
В на­ча­ле 20-го ве­ка, ко­гда уже бы­ли соз­да­ны ог­ром­ные эко­но­ми­че­ские конг­ло­ме­ра­ты, кор­по­ра­ции, Джон Рок­фел­лер про­из­нес свою про­ро­че­скую фра­зу - "Ин­ди­ви­дуа­лизм в эко­но­ми­ке дол­жен уме­реть."
Его кам­па­ния, Standard Oil, за­хва­тив поч­ти весь неф­тя­ной биз­нес у мно­же­ст­ва мел­ких про­из­во­ди­те­лей, зна­чи­тель­но по­вы­си­ла ка­че­ст­во неф­тя­ных про­дук­тов и сни­зи­ла це­ну с 60 цен­тов до 10 цен­тов за гал­лон. Пре­иму­ще­ст­во кор­по­ра­ций пе­ред ин­ди­ви­ду­аль­ным биз­не­сом ста­ло оче­вид­ным и на­гляд­ным. Однако про­цесс концентрации экономической власти - по­гло­ще­ние мел­ких биз­не­сов, не­боль­ших кам­па­ний и кор­по­ра­ций ог­ром­ны­ми син­ди­ка­та­ми, за­нял не­сколь­ко де­ся­ти­ле­тий.
Рос­сия же не име­ла развитых тра­ди­ций индивидуального предпринимательства и советское го­су­дар­ст­во, с момента своего основания, ста­ло един­ст­вен­ной кор­по­ра­ци­ей, владевшей всей эко­но­ми­кой стра­ны. Государство, как единственная корпорация в стране, однако, бы­ло не­спо­соб­но гибко реа­ги­ро­вать на из­ме­не­ния в тех­но­ло­ги­че­ской и об­ще­ст­вен­ной сфе­ре, так как его глав­ная за­да­ча удер­жа­ние и увеличение своей власти.
В Со­еди­нен­ных Шта­тах, го­су­дар­ст­во лишь са­мая боль­шая кор­по­ра­ция, ря­дом с ко­то­рой, и вме­сте с ко­то­рой, сот­ни кор­по­ра­ций соз­да­ют ши­ро­кую го­ри­зон­таль­ную сис­те­му взаи­мо­свя­зей, ре­гу­ли­рую­щую кон­фликт ин­те­ре­сов, т.е. кон­ку­рен­цию. Эту сис­те­му при­ня­то на­зы­вать "кор­по­ра­тив­ным со­циа­лиз­мом".
Аме­ри­ка про­шла боль­шой путь от ди­ко­го ка­пи­та­лиз­ма ХIX ве­ка к ци­ви­ли­зо­ван­ным фор­мам эко­но­ми­че­ской борь­бы ве­ка ХХ-го. Но пе­ри­од Ве­ли­кой Де­прес­сии про­де­мон­ст­ри­ро­вал "яз­вы чис­то­го ка­пи­та­лиз­ма" и на­ча­лось строи­тель­ст­во со­ци­аль­ной струк­ту­ры, в ко­то­рой, обуз­дан­ный го­су­дар­ст­вом сво­бод­ный ры­нок стал слу­жить ин­те­ре­сам об­ще­ст­ва. Франк­лин Д. Руз­вельт увеличив подоходный налог на корпораций до 70% про­цен­тов соз­да­л про­грам­мы пен­си­он­но­го обес­пе­че­ния, по­со­бий по без­ра­бо­ти­це, гран­тов на об­ра­зо­ва­ние.
Капиталистическая система предполагает, что общество работает на интересы капитала, при социализме капитал работает в интересах всего общества. Америка сумела соединить капитализм и социализм в единое целое, сбалансировав интересы капитала и общества в целом.
В европейских странах, называющих себя социалистическими, Англии, Франции и Скандинавии, государство, защищая интересы всего общества, активно вмешивается в экономический процесс и ограничивает права мощных экономических сил, корпораций. В США же традиционно существовала вера общества в то что "победитель получает все", победители, крупные корпорации создают иную форму социализма, "кор­по­ра­тив­ный со­циа­лиз­м", в котором общество добровольно подчиняется интересам корпораций. Корпорации, чтобы иметь свои доходы, должны создавать богатства для всего общества, т. е. служить общественным интересам, но их цель не процветание общества, а власть над ним.
Ро­берт Монкс, один из наи­бо­лее влия­тель­ных лю­дей в ми­ре боль­шо­го биз­не­са, ру­ко­во­див­ший мно­ги­ми кор­по­ра­ция­ми, вхо­дя­щи­ми в "Fortune 500", - "Корпорации - гигантские монстры, хотя они объявляют о своих целях как служение обществу, они его разрушают, так как служат только себе."
"Кор­по­ра­тив­ный со­циа­лиз­м" прак­ти­че­ски унич­то­жи­л ре­аль­ную кон­ку­рен­цию, соз­дав не­сколь­ко ги­гант­ских син­ди­ка­тов, поглотивших ты­ся­чи мелких и средних кампаний.
В 1940 го­ду су­ще­ст­во­ва­ло око­ло 1000 круп­ных кор­по­ра­ций, кон­тро­ли­ро­вав­ших все ви­ды ин­ду­ст­рии. K 2000 го­ду осталось лишь 100 круп­ней­ших конг­ло­ме­ра­тов, и две трети всей бан­ков­ской сис­те­мы при­над­ле­жали 50 бан­ков­ским син­ди­ка­там.
Кон­ку­рен­ция в слож­ной эко­но­ми­че­ской ин­фра­струк­ту­ре разрушительна, так как ро­ж­да­ет не­кон­тро­ли­руе­мые сти­хий­ные си­лы, опас­ные для ста­биль­но­сти сис­те­мы, по­это­му она су­ще­ст­ву­ет лишь в тех сфе­рах, ко­то­рые на­хо­дят­ся в про­цес­се ста­нов­ле­ния. Сегодня это сфе­ры сер­ви­са и информационных технологий. Но, и эти индустрии, в по­след­ние де­ся­ти­ле­тие, на­ча­ли соз­да­вать ог­ром­ные кор­по­ра­ции, от­тес­няю­щие ин­ди­ви­ду­аль­ный биз­нес на пе­ри­фе­рию.
По-ви­ди­мо­му, об­щая тен­ден­ция долж­на при­вес­ти к со­вет­ской мо­де­ли, правда, в иной форме - еди­но­го кор­по­ра­тив­но­го конг­ло­ме­ра­та, слив­ше­го­ся с го­су­дар­ст­вен­ным ап­па­ра­том и, таким образом, свести конкуренцию к приемлемому уровню.
К то­му мо­мен­ту, ко­гда сот­ни мелких и крупных кампаний прой­дут че­рез про­цесс кон­со­ли­да­ции, на рын­ке ос­та­нет­ся лишь не­сколь­ко десятков ги­гант­ских конг­ло­ме­ра­тов, и кон­ку­рен­ция почти пол­но­стью ис­чез­нет. Со­хра­нить­ся лишь кон­ку­рен­ция за вы­со­ко­оп­ла­чи­вае­мые ра­бо­ты внут­ри са­мих кор­по­ра­ций. То есть бу­дет соз­да­на сис­те­ма по­доб­ная со­вет­ской, вы­пол­няю­щая ту же за­да­чу - пол­ный, то­таль­ный кон­троль эко­но­ми­ки и ра­бот­ни­ков. Эта тенденция чувствуется уже сегодня работниками крупных корпораций.
"Ко­гда вы вхо­ди­те в офис круп­ной кор­по­ра­ции, вы ко­жей чув­ст­вуе­те, что страх ви­сит в воз­ду­хе. Здесь пер­со­наль­ные до­сье на ка­ж­до­го, цен­зу­ра, де­зин­фор­ма­ция и раз­но­об­раз­ные фор­мы слеж­ки яв­ля­ют­ся стан­дарт­ной прак­ти­кой, также как и в Советском Союзе. На­ша сис­те­ма зна­чи­тель­но от­ли­ча­ет­ся от со­вет­ской - она име­ет кор­пус, де­ко­ри­ро­ван­ный бли­ста­тель­ны­ми идеа­ла­ми про­слав­лен­ной аме­ри­кан­ской де­мо­кра­тии. Мо­то­ром же яв­ля­ет­ся все та же то­та­льная сис­те­ма кон­тро­ля, от­ли­чаю­щая­ся от со­вет­ской по сво­им формам. Там была одна корпорация - государство, в на­шей сис­те­ме мно­же­ст­во кор­по­ра­ций, но ра­бо­та­ют они по тому же прин­ци­пу, прин­ци­пу со­вет­ской бю­ро­кра­ти­че­ской ма­ши­ны." Кэйт Джен­нингс, ра­бо­тав­шая во многих круп­ней­ших фи­нан­со­вых фир­мах на Уолл-Стри­те.
Ра­бот­ник в экономической сис­те­ме является фор­мой ре­сур­сов, на­рав­не с ре­сур­са­ми ма­те­ри­аль­ны­ми. Кор­по­ра­ции вы­со­ко це­нят свои "че­ло­ве­че­ские ре­сур­сы", в со­вет­ской тер­ми­но­ло­гии "кад­ры". На пер­вых эта­пах ин­ду­ст­ри­аль­но­го раз­ви­тия ма­те­ри­аль­ные ре­сур­сы счи­та­лись важ­нее ре­сур­сов че­ло­ве­че­ских, по­это­му в этот пе­ри­од, экс­плуа­та­ция, как на За­па­де, так и в Рос­сии, бы­ла от­кро­вен­но бес­че­ло­веч­ной.
Се­го­дня ра­бот­ник ста­но­вит­ся бо­лее цен­ен чем ма­те­ри­ал или ма­ши­ны с ко­то­ры­ми он ра­бо­та­ет, не толь­ко его ква­ли­фи­ка­ция, но и его пси­хо­ло­ги­че­ское со­стоя­ние при­ни­ма­ет­ся в рас­чет, поэтому экс­плуа­та­ция и контроль при­об­ре­та­ют с ка­ж­дым де­ся­ти­ле­ти­ем все бо­лее ци­ви­ли­зо­ван­ные, гу­ман­ные фор­мы.
Кам­па­нии пре­дос­тав­ля­ют сво­им ра­бот­ни­кам кон­ди­цио­ни­ро­ван­ные по­ме­ще­ния, удоб­ную ме­бель, бес­плат­ное ко­фе, пе­че­нье, фильт­ро­ван­ную во­ду, дос­тав­ля­ет ланч из бли­жай­ше­го Мак­До­нал­дса и под­слу­ши­ва­ют те­ле­фон­ные раз­го­во­ры ме­ж­ду ра­бот­ни­ка­ми, скры­тые и от­кры­тые ви­део ка­ме­ры сле­дят за ка­ж­дым дви­же­ни­ем.
По дан­ным Аме­ри­кан­ской Ас­со­циа­ции Ме­недж­мен­та 2006 го­да, 80% всех кор­по­ра­ций име­ли сред­ст­ва ак­тив­ной слеж­ки за свои­ми слу­жа­щи­ми. Про­слу­ши­ва­ют­ся и за­пи­сы­ва­ют­ся до 40% всех те­ле­фон­ных раз­го­во­ров, всей элек­трон­ной поч­ты. Ви­део ка­ме­ры сле­же­ния ус­та­нав­ли­ва­ют­ся не толь­ко в ра­бо­чих по­ме­ще­ни­ях, но и в ка­фе­те­ри­ях и туа­ле­тах кам­па­ний.
Ford, Polaroid, Proctor&Gamble, по­сы­ла­ют сво­их ра­бот­ни­ков на кур­сы "по­вы­ше­ния че­ло­ве­че­ско­го по­тен­циа­ла" (human poten­tial), про­во­ди­мые кор­по­ра­ци­ей New Age. Как пи­шет Wall Street Journal, - "Боль­шин­ст­во про­грамм име­ют од­ну про­стую за­да­чу - уве­ли­чить про­из­во­ди­тель­ность тру­да."
"По­вы­ше­ние че­ло­ве­че­ско­го по­тен­циа­ла" - это тща­тель­но раз­ра­бо­тан­ные ме­­т­о­­дики, уве­­л­и­­чив­ающие ко­­э­ф­­фи­­ци­ен­т по­лез­но­го дей­ст­вия ра­бот­ни­ков, или, как на­зы­ва­ют эту заботу о работнике в про­сто­ре­чии, "от­жи­ма­ние по­та".
Се­го­дня, су­дя по мас­со­вой прес­се, не су­ще­ст­ву­ет клас­со­вых кон­флик­тов, ха­рак­тер­ных для пер­вой по­ло­ви­ны ХХ-го ве­ка. То­гда, в кон­флик­те ин­те­ре­сов кор­по­ра­ций и ра­бот­ни­ков, при­ни­ма­ли ак­тив­ное уча­стие проф­сою­зы, воз­глав­ляв­шие ра­бо­чее дви­же­ние и до­бив­шие­ся вве­де­ния мно­го­чис­лен­ных за­ко­нов о за­щи­те тру­да.
Сыг­рав зна­чи­тель­ную роль в пер­вой по­ло­ви­не ве­ка, во вто­рой его по­ло­ви­не проф­сою­зы на­ча­ли те­рять свою по­пу­ляр­ность и поч­ти уш­ли со об­ще­ст­вен­ной сце­ны. Ут­ра­та проф­сою­за­ми си­лы и влия­ния бы­ла свя­за­на не толь­ко с тем, что тру­до­вое за­ко­но­да­тель­ст­во бо­лее эф­фек­тив­но на­ча­ло вы­пол­нять ту роль, ко­то­рую ко­гда-то вы­пол­ня­ли проф­сою­зы, но и с ут­ра­той проф­сою­за­ми до­ве­рия в ра­бо­чей сре­де.
В 1980-ые го­ды на­ча­лись гром­кие про­цес­сы над гла­ва­ря­ми ма­фии и бы­ли вы­яв­ле­ны тес­ные свя­зи ме­ж­ду от­дель­ны­ми проф­сою­за­ми и ма­фи­оз­ны­ми груп­па­ми, и это ста­ло по­след­ней ка­п­лей не­до­воль­ст­ва проф­сою­за­ми в ра­бо­чей сре­де. Еще до уго­лов­ных про­цес­сов над проф­со­юз­ны­ми ли­де­ра­ми бы­ло оче­вид­но, что проф­сою­зы не столь­ко за­щи­ща­ют ин­те­ре­сы ра­бот­ни­ков, сколь­ко свои соб­ст­вен­ные ин­те­ре­сы - удер­жа­ние вла­сти.
В борь­бе с ме­недж­мен­том кор­по­ра­ций ли­де­ры проф­сою­зов пре­тен­до­ва­ли на свою до­лю кон­тро­ля над про­из­вод­ст­вом, ко­то­рый ис­поль­зо­ва­ли для лич­ных це­лей, и, в про­цес­се, пе­ре­ста­ли от­ли­чать­ся от ра­бо­то­да­те­лей в сво­их за­да­чах - ин­тен­си­фи­ка­ция тру­да, под­дер­жа­ние тру­до­вой дис­ци­п­ли­ны, и пре­вра­ти­лись в млад­ших парт­не­ров ме­нед­же­ров кор­по­ра­ций. Аме­ри­кан­ские проф­сою­зы ста­ли тем же ин­ст­ру­мен­том под­дер­жа­ния ста­тус-кво, ка­ким бы­ли проф­сою­зы в Со­вет­ском Сою­зе.
С ис­чез­но­ве­ни­ем проф­сою­зов зна­чи­тель­но по­вы­си­лась ин­тен­сив­ность тру­да, умень­ши­лась оп­ла­та, ис­чез­ли мно­го­чис­лен­ные со­ци­аль­ные про­грам­мы, про­во­див­шие­ся кор­по­ра­ция­ми для своих работников, и уг­ро­за уволь­не­ния, без ка­кой-ли­бо мо­ти­ва­ции со сто­ро­ны ра­бо­то­да­те­ля, пре­вра­ти­лась в ре­аль­ность для всех уров­ней ра­бот­ни­ков. Кор­по­ра­ции ста­ли бо­лее про­дук­тив­ны, их до­хо­ды рас­тут и, хо­тя, где-то да­ле­ко и глу­хо зву­чат го­ло­са про­тес­та про­тив уже­сто­че­ния ус­ло­вий тру­да, они поч­ти не слыш­ны, за ни­ми нет ор­га­ни­зо­ван­ной си­лы.
Со­ци­аль­ная не­спра­вед­ли­вость пе­ре­ста­ла быть те­мой яро­ст­ных де­ба­тов, про­хо­див­ших еще не­дав­но, в 50-70-ые го­ды. Со­ци­аль­ная мо­биль­ность, по­сто­ян­ные сме­ны мес­та ра­бо­ты, ха­рак­тер­ные для ин­ду­ст­рии сер­ви­са, а имен­но сер­вис, об­слу­жи­ва­ние, ста­но­вит­ся до­ми­ни­рую­щей ин­ду­ст­ри­ей по­стин­ду­ст­ри­аль­но­го об­ще­ст­ва, за­глу­ша­ет про­тест.
В пе­ри­од ин­ду­ст­ри­аль­но­го раз­ви­тия про­мыш­лен­ность ис­поль­зо­ва­ла мил­лио­ны ра­­бо­­т­ников, час­то за­ня­тых на од­ном и том же за­во­де, фаб­ри­ке, де­сят­ки лет. В ат­мо­сфе­ре по­сто­ян­ных кон­так­тов фор­ми­ро­ва­лась ра­бо­чая со­ли­дар­ность и осоз­на­ние не­спра­вед­ли­во­го рас­пре­де­ле­ния ре­зуль­та­тов тру­да. Се­го­дня сред­няя про­дол­жи­тель­ность ра­бо­ты на од­ном мес­те не бо­лее 2-3 лет. Мо­биль­ность эко­но­ми­ки не да­ет воз­мож­но­сти ус­та­нав­ли­вать проч­ные свя­зи ме­ж­ду людь­ми, ка­ж­дый ра­бот­ник су­ще­ст­ву­ет в со­ци­аль­ном ва­куу­ме, а в оди­ноч­ку бо­роть­ся с "Ор­га­ни­за­ци­ей" он не мо­жет. Се­го­дня свои пра­ва ра­бот­ник дол­жен за­щи­щать сам.
Ос­во­бо­див­шись от опе­ки проф­сою­за, ос­тав­шись один на один с кор­по­ра­ци­ей, работник мо­жет ис­поль­зо­вать за­ко­ны о за­щи­те тру­да и об­ра­тить­ся за по­мо­щью к ад­во­ка­ту, на оп­ла­ту ко­то­ро­го, у по­дав­ляю­ще­го боль­шин­ст­ва, про­сто нет средств. Оди­ноч­ка не мо­жет про­ти­во­сто­ять ор­га­ни­за­ции, ин­те­ре­сы ко­то­рой за­щи­ща­ют це­лые ар­мии вы­со­ко­ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных и вы­со­ко­оп­ла­чи­вае­мых ад­во­ка­тов, умею­щих ма­ни­пу­ли­ро­вать за­ко­ном в сво­их ин­те­ре­сах, и в этой сво­бод­ной кон­ку­рен­ции оди­ноч­ки и ор­га­ни­за­ции, как все­гда, вы­иг­ры­ва­ет силь­ней­ший.
Но и са­ми за­ко­ны о тру­де сфор­му­ли­ро­ва­ны та­ким об­ра­зом, что да­ют все пре­иму­ще­ст­ва ра­бо­то­да­те­лю. В 1886 го­ду бы­ло при­ня­то за­ко­но­да­тель­ст­во, дав­шее кор­по­ра­ци­ям те же гра­ж­дан­ские пра­ва, что и от­дель­но­му ин­ди­ви­ду. Пра­ва на уча­стие в кон­ку­рен­ции у ин­ди­ви­ду­аль­но­го пред­при­ни­ма­те­ля и у кор­по­ра­ции, с сот­ня­ми ра­бот­ни­ков и ог­ром­ным ка­пи­та­лом, ста­ли рав­ны­ми, а ущем­ле­ние прав кор­по­ра­ций, в гла­зах за­ко­на, ста­ло рав­но­цен­ным на­ру­ше­нию прав ин­ди­ви­да в сво­бод­ной эко­но­ми­че­ской иг­ре. Ра­бот­ник же кор­по­ра­ции не мо­жет иметь сво­их ин­ди­ви­ду­аль­ных прав, так как они долж­ны сов­па­дать с пра­ва­ми кор­по­ра­ции, ко­то­рая его экс­плуа­ти­ру­ет.
В 1994 го­ду ме­ди­цин­ская се­ст­ра, по­да­ла в суд на гос­пи­таль, ко­то­рый уво­лил ее за кри­ти­че­ское за­ме­ча­ние в ад­рес ад­ми­ни­ст­ра­ции. В раз­го­во­ре с кол­ле­гой она осу­ди­ла прак­ти­ку ад­ми­ни­ст­ра­ции, пе­ре­во­дя­щей сес­тер из од­но­го спе­циа­ли­зи­ро­ван­но­го от­де­ле­ния в дру­гое, что, по ее мне­нию, при­во­ди­ло к мно­го­чис­лен­ным ошиб­кам из-за не­зна­ния ме­ди­цин­ско­го пер­со­на­ла од­но­го от­де­ле­ния спе­ци­фи­ки ра­бо­ты дру­го­го. Кол­ле­га со­об­щи­ла ад­ми­ни­ст­ра­ции о со­дер­жа­нии раз­го­во­ра. Се­ст­ра бы­ла уво­ле­на. Фор­му­ли­ров­ка при­чи­ны уволь­не­ния - "от­сут­ст­вие под­держ­ки ад­ми­ни­ст­ра­тив­ным ре­ше­ни­ям ру­ко­во­дства боль­ни­цы".
Вер­хов­ный суд США, ку­да об­ра­ти­лась уво­лен­ная мед­се­ст­ра, на­шел при­чи­ны уволь­не­ния впол­не обос­но­ван­ны­ми, - "Ко­гда ра­бот­ник, по­лу­чаю­щий зар­пла­ту от ор­га­ни­за­ции, от­кры­то вы­ра­жа­ет мне­ние про­ти­во­ре­ча­щие ме­рам по эф­фек­тив­но­сти ор­га­ни­за­ции, он мо­жет быть уво­лен." По­сле уволь­не­ния се­ст­ра име­ла за­кон­ное пра­во вы­ра­жать свое мне­ние сво­бод­но. Но где? Мед­се­ст­ра по­па­ла в чер­ный спи­сок, за­крыв­ший пе­ред ней две­ри всех боль­ниц в стра­не.
Кор­по­ра­ции долж­ны быть сво­бод­ны в ис­поль­зо­ва­нии своиx че­ло­ве­че­ские ре­сур­сoв - от это­го за­ви­сит их ус­пех в кон­ку­рент­ной борь­бе.
Авиа-ин­ду­ст­рия, по­сле 11 сен­тяб­ря 2001 го­да, объ­я­ви­ла о не­об­хо­ди­мо­сти фи­нан­со­вой под­держ­ки го­су­дар­ст­ва, ина­че бу­дут уво­ле­ны око­ло сот­ни ты­сяч ра­бот­ни­ков. Авиа-кам­па­нии по­лу­чи­ли го­су­дар­ст­вен­ные суб­си­дии в раз­ме­ре 15 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров и уво­ли­ли 115 ты­сяч ра­бот­ни­ков.
Для кор­по­ра­ций кон­ку­рент­ная борь­ба про­хо­дит не в сфе­ре при­спо­соб­ле­ния к по­треб­но­стям рын­ка, а за государственные до­та­ции, пра­ви­тель­ст­вен­ные кон­трак­ты, за суб­си­дии на раз­ви­тие про­из­вод­ст­ва, за умень­ше­ние на­ло­го­об­ло­же­ния и дру­гие фор­мы го­су­дар­ст­вен­ной под­держ­ки,
Счи­та­ет­ся, что эко­но­ми­ка по­строе­на на прин­ци­пе ин­­д­и­­ви­­ду­­а­ль­ного пред­­пр­и­­ни­­ма­­те­ль­ства, и это так, ес­ли рас­смат­ри­вать круп­ные кор­по­ра­ции как ин­ди­ви­ду­аль­ных пред­при­ни­ма­те­лей. Но ма­лый биз­нес, в котором работает большая часть населения, не мо­жет на­де­ять­ся на го­су­дар­ст­вен­ную под­держ­ку, он ма­нев­ри­ру­ет на по­сто­ян­но ме­няю­щем­ся рын­ке, где лишь 10 % ин­ди­ви­ду­аль­ных биз­не­сов до­жи­ва­ют до вто­ро­го го­да сво­его су­ще­ст­во­ва­ния, и 5 % до вто­ро­го.
Но, и в слу­чае со­хра­не­ния биз­не­са на бо­лее дли­тель­ное вре­мя, "не­за­ви­си­мый" пред­при­ни­ма­тель, ес­ли он не втя­нут в не­ле­галь­ные опе­ра­ции, мо­жет на­де­ять­ся толь­ко на ми­ни­маль­ный до­ход. Что­бы удер­жать­ся на пла­ву, он ис­­­­п­о­­л­­ь­­зует боль­шую часть сво­их до­хо­дов толь­ко для ве­де­ния биз­не­са. Он сам ус­та­нав­ли­ва­ет се­бе зар­пла­ту, и она час­то ни­же, чем у сред­них ра­бот­ни­ков кор­по­ра­ций, а ра­бо­та­ет бо­лее ин­тен­сив­но, с боль­шей энер­ге­ти­че­ской от­да­чей. У не­го нет ус­та­нов­лен­ных ча­сов ра­бо­ты, он слу­жит сво­ему биз­не­су 24 ча­са в су­тки, и по­это­му чув­ст­ву­ет се­бя сво­бод­ным - ведь он не дол­жен си­деть на ра­бо­те с 9 до 5. Он экономически свободен, свободен в своем решении про­дол­жать биз­нес, при­но­ся­щий ми­ни­маль­ные до­хо­ды, или "уво­лить" се­бя, и на­чать но­вое дело.
В кор­­­­­­­­­­­п­­­о­­­ра­­тивной сис­те­ме ра­бот­ник так­же сво­бо­ден, сво­бо­ден пе­ре­хо­дить из од­ной кор­по­ра­ции в дру­гую. Ре­аль­ной же сво­бо­дой об­ла­да­ют толь­ко те, кто взо­брал­ся на вер­х со­ци­аль­ной пи­ра­ми­ды, во­шел в "но­менк­ла­ту­ру", внут­ри ко­то­рой они пол­но­стью за­щи­щен, и вы­пасть из нее он мо­жет толь­ко в аб­со­лют­но экс­тре­маль­ной ситуации.
Пред­по­ла­га­ет­ся, что кон­ку­рен­ция между корпорациями про­хо­дит в борь­бе за по­тре­би­те­ля, за наи­бо­лее ка­че­ст­вен­ный про­дукт. Этот прин­цип был про­воз­гла­шен­ в 18-ве­ке Ада­мом Сми­том. - в кон­ку­рент­ной борь­бе вы­иг­ры­ва­ет тот, кто по­став­ля­ет на ры­нок наи­бо­лее ка­че­ст­вен­ный про­дукт. Имя Адама Смита использует высокопарная демагогия крупных корпораций, но уро­вень ка­че­ст­ва лю­бо­го то­ва­ра, про­дук­та оп­ре­де­ля­ет­ся эко­но­ми­че­ской фор­му­лой, из­вест­ной под на­зва­ни­ем "за­кон Грэ­ма", - до­ро­гой, вы­со­ко­ка­че­ст­вен­ный то­вар не мо­жет дол­го удер­жать­ся на рын­ке, его не­из­беж­но вы­тес­ня­ет де­ше­вый про­дукт, ка­че­ст­во ко­то­ро­го на­хо­дит­ся на са­мой низ­кой гра­ни­це вку­са мас­со­во­го по­тре­би­те­ля.
Адам Смит го­во­рил о сель­ско­хо­зяй­ст­вен­ной стра­не, толь­ко всту­пав­шей в ин­ду­ст­ри­аль­ную фа­зу раз­ви­тия. Но за 200 лет, про­шед­ших со вре­мен Ада­ма Сми­та, эко­но­ми­че­ская жизнь в кор­не из­ме­ни­лась, основное поле экономики занимают не индивидуальные предприниматели, а корпорации, а у них другие цели.
Круп­ней­шая энер­ге­ти­че­ская кор­по­ра­ция стра­ны, "Enron" в те­че­нии мно­гих лет вкла­ды­ва­ла мно­го­мил­ли­он­ные сред­ст­ва в соз­да­ние об­раза кам­па­нии с чув­ст­вом со­ци­аль­ной от­вет­ст­вен­но­сти. Ло­зунг кам­па­нии - "Ли­де­ры на­шей кор­по­ра­ции долж­ны быть об­раз­цом слу­же­ния об­ще­ст­ву". По­сле рас­кры­тия мно­го­мил­ли­ард­ной афе­ры, про­ве­ден­ной кор­по­ра­ци­ей, ог­ра­бив­шей сот­ни ты­сяч по­тре­би­те­лей и акционеров, ее ли­де­ры по­лу­чи­ли тю­рем­ные сро­ки от 10 до 15 лет за фи­нан­со­вые ма­хи­на­ции.
Кор­по­ра­ции тща­тель­но сле­дят за со­блю­де­ни­ем пре­стиж­но­го об­раза сво­их кам­па­ний, бло­ки­ру­ют всю не­га­тив­ную ин­фор­ма­цию, чем за­ни­ма­ет­ся спе­ци­аль­ный от­дел "Damage control", а внут­ри кор­по­ра­ции не толь­ко ве­дут кон­троль над по­ве­де­ни­ем со­труд­ни­ков, но так­же занимаются воспитанием лояльности своих работников - у ка­ж­до­го ра­бот­ни­ка должно быть ощу­ще­ние, что судь­ба и бла­го­по­лу­чие кор­по­ра­ции есть и его судь­ба.
В Со­вет­ской Рос­сии ло­яль­ность по от­но­ше­нию к го­су­дар­ст­ву, к вла­сти фор­ми­ро­ва­лась на идее от­вет­ст­вен­но­сти ка­ж­до­го пе­ред дру­ги­ми, пе­ред всем об­ще­ст­вом. Аме­ри­кан­ец же лоялен лишь по отношению к той кам­па­нии, в ко­то­рой он в дан­ный мо­мент ра­бо­та­ет. От­вет­ст­вен­ность он чув­ст­ву­ет лишь перед сво­им ра­бо­то­да­те­лем-кормильцем, и ему нет де­ла до благополучия все­го об­ще­ст­ва. Кам­па­ния мо­жет бес­по­щад­но экс­плуа­ти­ро­вать сво­его ра­бот­ни­ка, но убе­ж­да­ет, - "Все мы парт­не­ры в од­ном биз­не­се", т.е. все вместе мы противостоим всему остальному обществу.
Для то­го, что­бы соз­дать у ра­бот­ни­ков ощу­ще­ние их зна­чи­мо­сти внут­ри кор­по­ра­ции, ме­недж­мент да­ет но­вые на­зва­ния раз­лич­ных про­фес­сий. Про­дав­цы и ком­ми­воя­же­ры ста­но­вят­ся sales representatives, customer consultants, опе­ра­то­ры и дис­пет­че­ры - management engineers, ру­ко­во­ди­те­ли от­де­лов по­лу­ча­ют зва­ния ви­це-пре­зи­ден­тов. Ко­ли­че­ст­во ви­це-пре­зи­ден­тов в не­ко­то­рых ком­па­ни­ях дос­ти­га­ет не­сколь­ких де­сят­ков. На­зва­ние долж­но­сти, од­на­ко, не из­ме­ня­ет уров­ня зна­чи­мо­сти ре­ше­ний, ко­то­рые они при­ни­ма­ют. Они ос­та­ют­ся все те­ми же про­дав­ца­ми, опе­ра­то­ра­ми или ру­ко­во­ди­те­ля­ми от­де­лов.
Мно­гие кам­па­нии соз­да­ют Дос­ки По­че­та, на ко­то­рых вы­ве­ши­ва­ют­ся фо­то­гра­фии "Луч­ше­го ра­бот­ни­ка ме­ся­ца" или "Луч­ше­го ра­бот­ни­ка го­да". В Аме­ри­ке нет ор­де­на "Ге­роя ка­пи­та­ли­сти­че­ско­го тру­да", но ти­ту­лы и зва­ния, так­же как и в Со­вет­ской Рос­сии, долж­ны при­ми­рить ра­бот­ни­ков с низ­кой оп­ла­той тру­да и скрыть ис­тин­ное рас­пре­де­ле­ние влия­ния и вла­сти.
Истинные герои не они, а менеджмент кор­по­ра­ци­и, который по­лу­ча­ет в де­сят­ки или в сот­ни раз боль­ше сред­не­го ра­бот­ни­ка, а ра­бо­та­ет час­то мень­ше и ме­нее про­дук­тив­но, чем сред­ний ра­бот­ник. Менеджмент уве­ли­чи­ва­ет свою зар­пла­ту в не­за­ви­си­мо­сти от вы­иг­ры­ша или про­иг­ры­ша ком­па­нии, а за не­уме­лое ру­ко­во­дство кам­па­ни­ей рас­пла­чи­ва­ет­ся ра­бо­чий, а не ме­недж­мент, - "Мы все долж­ны не­сти жерт­вы", и зар­пла­та ра­бот­ни­ков умень­ша­ет­ся при про­иг­ры­ше кам­па­нии, и не под­ни­ма­ет­ся в слу­чае ее ус­пе­ха.
Ральф Най­дер, по­ли­ти­че­ский ак­ти­вист, - "На­ша сис­те­ма - это сис­те­ма кор­по­ра­тив­но­го со­циа­лиз­ма, в ко­то­рой часть за­ра­бот­ков мил­лио­нов, в ви­де на­ло­гов, идут на ук­ре­п­ле­ние мо­щи кор­по­ра­ций, а все про­сче­ты, не­уда­чи не­со­стоя­тель­но­го ме­­нед­ж­м­ента и от­кро­вен­ный гра­беж ра­бот­ни­ка и по­тре­би­те­ля оп­ла­чи­ва­ет все об­ще­ст­во."
Со­вет­ский эко­но­ми­че­ский менеджмент, "ко­ман­ди­ры про­из­вод­ст­ва", но­менк­ла­ту­ра, пол­но­стью под­чи­ня­лась пар­тий­но-го­су­дар­ст­вен­но­му аппарату, и бы­ла дос­та­точ­но уяз­ви­ма - слу­чай­ные ошиб­ки, не­ос­то­рож­ность в борь­бе за власть мог­ли при­вес­ти к рез­ко­му сни­же­нию ста­ту­са.
Аме­ри­кан­ская эко­но­ми­че­ская но­менк­ла­ту­ра на­столь­ко уве­ре­на в сво­ей не­уяз­ви­мо­сти, в том, что их власть силь­нее вла­сти го­су­дар­ст­ва, что им не при­хо­дит в го­ло­ву скры­вать этот оче­вид­ный факт.
Так, ко­гда Да­ви­ду Рок­фел­ле­ру, на­след­ни­ку ог­ром­ной неф­тя­ной им­пе­рии, в 60-ые го­ды пред­ло­жи­ли вы­ста­вить свою кан­ди­да­ту­ру на долж­ность пре­зи­ден­та США, он ответил, - "Для ме­ня это бы­ло бы по­ни­же­ни­ем ста­ту­са".
Рок­фел­лер мог это ска­зать не опа­са­ясь об­ще­ст­вен­но­го мне­ния, так как, в гла­зах боль­шин­ст­ва, биз­нес, соз­даю­щий бо­гат­ст­ва, важ­нее и зна­чи­мее для об­ще­ст­ва, чем го­су­дар­ст­во, эти бо­гат­ст­ва рас­пре­де­ляю­щее.
Об­ще­ст­вен­ное мне­ние мо­жет осу­ж­дать го­су­дар­ст­вен­ную по­ли­ти­ку, но поч­ти ни­ко­гда не по­ся­га­ет на ав­то­ри­тет кор­по­ра­ций, они ра­бо­то­да­те­ли, от них за­ви­сит жизнь миллионов. А на­прав­ле­ние го­су­дар­ст­вен­ной по­ли­ти­ки оп­ре­де­ля­ет­ся те­ми, кто ее фи­нан­си­ру­ет. Не­смот­ря на воз­ни­каю­щие вре­мя от вре­ме­ни про­ти­во­ре­чия ме­ж­ду го­­с­у­д­ар­­ст­­венным ап­па­ра­том, его чи­нов­ни­ка­ми и ин­те­ре­са­ми кор­по­ра­ций, они парт­­н­е­ры­, хо­тя ино­гда и кон­­фли­к­т­ую­щи­е. Глав­ной за­да­чей го­су­дар­ст­ва яв­ля­ет­ся соз­да­ние рав­ных воз­мож­но­стей для всех групп населения, но го­су­дар­ст­во лишь вре­мя от вре­ме­ни вме­ши­ва­ет­ся в эко­но­ми­че­ский про­цесс и, как правило, в пользу корпораций.
Ан­ти­тре­стов­ские за­ко­ны и пе­ре­рас­пре­де­ле­ние до­хо­дов ши­ро­ко раз­вер­ну­лось в пе­ри­од Франк­ли­на Де­ла­но Руз­вель­та и бы­ло про­дол­же­но Джо­ном Кен­не­ди и Лин­до­ном Джон­со­ном, что да­ло мел­ким и сред­ним биз­не­сам воз­мож­ность уча­ст­во­вать в кон­ку­рент­ной борь­бе.
В 50-ые - 70-ые го­ды сфор­ми­ро­вал­ся обес­пе­чен­ный сред­ний класс, он смог до­бить­ся рас­ши­рен­ных прав на рын­ке тру­да, так как боль­шой биз­нес в то вре­мя был ог­ра­ни­чен в сво­их ма­нев­рах ан­ти­мо­но­поль­ны­ми за­ко­на­ми. В ат­мо­сфе­ре го­су­дар­ст­вен­но­го и об­ще­ст­вен­но­го кон­тро­ля над дей­ст­вия­ми кор­по­ра­ций ма­те­ри­аль­ное про­цве­та­ние ста­ло дос­тоя­ни­ем боль­шин­ст­ва на­се­ле­ния.
Ка­за­лось, что рост кор­по­ра­ций, некон­тро­ли­руе­мый го­су­дар­ст­вом, при­ве­дет к все­об­ще­му бла­го­по­лу­чию, что сво­бод­ный от ог­ра­ни­че­ний ры­нок обо­га­тит всех. Ус­пех боль­шо­го биз­не­са стал глав­ной за­бо­той го­су­дар­ст­ва, от­вет­ст­вен­ность го­су­дар­ст­ва за за­щи­ту ин­те­ре­сов сред­не­го клас­са и бед­ня­ков ут­ра­ти­ла свою ак­ту­аль­ность.
В 1980-ые го­ды ад­ми­ни­ст­ра­ция Ро­наль­да Рей­га­на, от­ра­жая об­ще­ст­вен­ное на­строе­ние, сня­ла мно­го­чис­лен­ные ог­ра­ни­че­ния с дея­тель­но­сти боль­шо­го биз­не­са. До­хо­ды зна­чи­тель­ной час­ти сред­не­го клас­са на­ча­ли рас­ти вме­сте с рос­том до­хо­дов кор­по­ра­ций, поя­ви­лась уве­рен­ность в том, что уже нет не­об­хо­ди­мо­сти в об­ще­ст­вен­ном и го­су­дар­ст­вен­ном кон­тро­ле над рав­но­мер­ным рас­пре­де­ле­ни­ем эко­но­ми­че­ских воз­мож­но­стей.
Го­су­дар­ст­во, пе­ре­став вме­ши­вать­ся в про­цесс эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия и соз­да­вать ус­ло­вия для рав­ных воз­мож­но­стей в кон­ку­рент­ной борь­бе, от­кры­ло во­ро­та для силь­ных и пе­ре­ста­ло за­щи­щать сла­бых, т.е. пе­ре­ста­ло вы­пол­нять свою глав­ную функ­цию - ре­гу­ля­то­ра об­ще­ст­вен­ных от­но­ше­ний ме­ж­ду эко­но­ми­че­ски­ми ин­те­ре­са­ми раз­лич­ных об­ще­ст­вен­ных групп.
С на­ча­ла 90-ых го­дов раз­рыв ме­ж­ду до­хо­да­ми де­ло­вой и про­фес­сио­наль­ной эли­ты и ос­нов­ной мас­сы ра­бот­ни­ков стал на­столь­ко ощу­тим, что это ста­ло уг­ро­жать со­ци­аль­ной ста­биль­но­сти аме­ри­кан­ско­го об­ще­ст­ва. На­де­ж­ды сред­не­го клас­са на то, что они так­же вой­дут в чис­ло по­бе­ди­те­лей, не оп­рав­да­лась. На вер­хуш­ку пи­ра­ми­ды смог­ли под­нять­ся лишь не­мно­гие.
Ос­нов­ную мас­су сред­не­го клас­са со­став­ля­ют на­ем­ные ра­бот­ни­ки кор­по­ра­ций, в ус­ло­ви­ях по­сто­ян­ных ор­га­ни­за­ци­он­ных из­ме­не­ний и тех­но­ло­ги­че­ской ре­во­лю­ции они ста­но­вят­ся жерт­ва­ми мас­со­вых уволь­не­ний, умень­ше­ния за­ра­бот­ной пла­ты, по­вы­ше­ния про­из­во­ди­тель­но­сти - ин­тен­си­фи­ка­ции тру­да, ухуд­ше­ние ус­ло­вий тру­да и сни­же­ние зар­пла­ты.
"Сред­ний класс не стал бед­нее за по­след­ние не­сколь­ко лет, но он не стал и бо­га­че, а имен­но это ожи­да­лось как ре­зуль­тат рос­та эко­но­ми­ки.", писал в это время Лес­тер Ту­ров, де­кан шко­лы Биз­не­са Массачусетского Института Технологии, МИТ.
Клин­тон, в 1992 го­ду, во вре­мя пред­вы­бор­ной кам­па­нии, иг­рая на чув­ст­ве опас­но­сти бла­го­по­лу­чию об­ще­ст­ва, в си­туа­ции ог­ром­но­го раз­ры­ва до­хо­дов раз­лич­ных клас­сов, го­во­рил, - "The rich get the gold mine and middle class gets the shaft". В рус­ском пе­ре­во­де это оз­на­ча­ет, - "Бо­га­тые по­лу­ча­ют буб­лик, а сред­ний класс дыр­ку от буб­ли­ка". То, о чем го­во­рил Клин­тон, яв­ля­ет­ся фун­да­мен­таль­ным, ге­не­ти­че­ским ка­че­ст­вом ка­пи­та­лиз­ма, пе­ре­рас­пре­де­ле­ние бо­гат­ст­ва от бед­ных к бо­га­тым бы­ло и ос­та­ет­ся не­из­мен­ным, вне за­ви­си­мо­сти от кра­си­вых фраз по­ли­ти­че­ской де­ма­го­гии.
Ли­бе­ра­лы го­во­рят об об­рат­ном пе­ре­рас­пре­де­ле­нии - от бо­га­тых к бед­ным. Но при та­ком пе­ре­рас­пре­де­ле­нии не про­ис­хо­дит ни­ка­ких фун­да­мен­таль­ных из­ме­не­ний, лишь пе­ри­фе­рий­ные, по­яв­ля­ет­ся еще од­на груп­па бо­га­чей, те, кто сто­ит у рас­пре­де­ли­тель­ной кор­муш­ки. Сис­те­ма про­дол­жа­ет де­лать бо­га­тых бо­га­ты­ми, а бед­ные так и ос­та­ют­ся бед­ны­ми.
Сис­те­ма ней­тра­ли­зу­ет мас­со­вый про­тест тем, что пре­дос­тав­ля­ет дос­туп к кор­муш­ке наи­бо­лее аг­рес­сив­ным груп­пам из ни­зов, да­ет воз­мож­но­сть под­нять­ся час­ти об­ра­зо­ван­но­го сред­не­го клас­са и соз­да­ет впе­чат­ле­ние что ус­­пе­х дос­ту­пен всем.
20% удач­ли­вых, а это 60 мил­лио­нов че­ло­век, до­­­­б­ились ус­пе­ха в ожес­то­чен­ной борь­бе за вы­со­ко­оп­ла­чи­вае­мые ра­бо­ты, или су­­­­м­ели за­нять те ни­ши в биз­не­се, ко­то­рые по­ка не за­хва­ти­ли круп­ные кор­по­ра­ции. У них не толь­ко вы­со­кие до­хо­ды, они так­же ши­ро­ко пред­став­ле­ны во всех сред­ст­вах мас­со­вой ин­фор­ма­ции, их го­ло­са хо­ро­шо слыш­ны. И они убе­ж­да­ют пуб­ли­ку в том, что труд - путь к ус­пе­ху - "По­смот­ри­те на нас, мы до­би­лись все­го сво­им тру­дом".
Лес­тер Ту­ров по­­н­и­­мает ме­ха­низм ус­пе­ха не­сколь­ко ина­че, - "Ус­пех не дос­та­ет­ся тем, кто тя­же­ло и про­дук­тив­но ра­бо­та­ет, ус­пе­ха до­би­ва­ют­ся толь­ко те, кто уме­ет ма­ни­пу­ли­ро­вать людь­ми и ка­пи­та­лом."
Си­ла сис­те­мы дер­жит­ся на не­ко­ле­би­мом убе­ж­де­нии об­ще­ст­ва, вос­пи­тан­ном той же кор­по­ра­тив­ной сис­те­мой, что в ус­ло­ви­ях кон­ку­рен­ции воз­мож­но­сти есть у всех, а вме­ша­тель­ст­во в эко­но­ми­ку го­су­дар­ст­ва и об­ще­ст­вен­ных ор­га­ни­за­ций мо­жет толь­ко по­ме­шать ее ес­те­ст­вен­но­му раз­ви­тию.
Ев­ро­пей­цы в те­че­нии по­след­них 100 лет го­ло­со­ва­ли за со­ци­аль­ные ре­фор­мы и, не­смот­ря на две ми­ро­вые вой­ны, ока­зав­шие ка­та­ст­ро­фи­че­ский эф­фект на эко­но­ми­ку, су­ме­ли до­бить­ся уров­ня бла­го­по­лу­чия не мень­ше­го, чем "аме­ри­кан­ский стан­дарт жиз­ни", и соз­дать сис­те­му, в ко­то­рой до­хо­ды рас­пре­де­ля­ют­ся бо­лее или ме­нее рав­но­мер­но. Го­су­дар­ст­вен­ный кон­троль над кор­­п­о­­ра­­циями при­вел к зна­чи­тель­но мень­ше­му раз­­р­ыву ме­ж­ду до­хо­да­ми выс­ших и низ­ших клас­сов. В Ев­ро­пе, он, в сред­нем, в 10 раз мень­ше, чем в США.
Ги­гант­ская раз­ни­ца в оп­ла­те тру­да, тем не ме­нее, не вы­зы­ва­ет об­ще­ст­вен­ных про­тес­тов, так как слож­ность се­го­дняш­ней эко­но­ми­ки, в ко­то­рой ут­ра­че­ны ви­ди­мые свя­зи ме­ж­ду про­из­вод­ст­вом, про­да­жа­ми, зар­пла­та­ми и до­хо­да­ми, по­зво­ля­ет скрыть про­стой за­кон фи­зи­ки - ес­ли у кого-то ста­ло боль­ше, зна­чит у кого-то ста­ло мень­ше. По со­об­ще­нию жур­на­ла Форбс, за 12 лет, с 1990 по 2002 год, оп­ла­та сред­не­го ме­нед­же­ра кор­по­ра­ции вы­рос­ла в 10 раз, т.е на 600%, до­хо­ды сред­не­го клас­са на 20%, а до­хо­ды тре­ти на­се­ле­ния на 2%.
Пре­зи­ден­ты ком­па­ний, вхо­дя­щих в со­став наи­бо­лее пре­стиж­ных, Fortune 500 (Удач­ли­вые 500), получают око­ло 5 мил­лио­нов в год, ру­ко­во­ди­те­ли та­ких кам­па­ний, как Coca-Cola, Occidental Petroleum и Intel, "заработали" по 100 мил­лио­нов дол­ла­ров. Ро­берт Гозь­е­та, гла­ва фир­мы Ко­ка-Ко­ла, в том же го­ду по­лу­чил 400 мил­лио­нов. Ком­пен­са­ция за шесть лет ра­бо­ты Фил­липа Найта, ди­рек­тора фир­мы "Nike", про­из­во­дя­щей спор­тив­ную обувь, составила 4 мил­ли­ар­да.
В Ев­ро­пе, Япо­нии и Ка­на­де об­ще­ст­вен­ное мне­ние не до­пус­ка­ет воз­мож­но­сти вы­пла­ты ог­ром­ных сумм ме­нед­же­рам, во мно­го раз пре­вы­шаю­щим сред­ний за­ра­бо­ток. В Гер­ма­нии, сред­няя оп­ла­та ру­ко­во­ди­те­ля кор­по­ра­ции в 20 раз боль­ше оп­ла­ты сред­не­го ра­бот­ни­ка, в Япо­нии в 16 раз, в Нор­ве­гии в 3 раза. В Соединенных Штатах в 500 раз.
Kак го­во­рил еще в 19-ом веке Марк Твен, - "Труд - один из про­цес­сов, в ко­то­ром од­ни до­бы­ва­ет бо­гат­ст­во для дру­гих". Жи­тей­ская муд­рость на­ча­ла два­дца­то­го ве­ка, ко­гда прин­ци­пы рас­пре­де­ле­ния до­хо­дов бы­ли еще дос­та­точ­но на­гляд­ны, гла­си­ла, - "Кто та­кой мил­лио­нер? Это тот, кто при­сваи­ва­ет се­бе за­ра­бо­тан­ное мил­лио­на­ми."
Как пи­шет Дэ­вид Гор­дон, про­фес­сор Но­вой Шко­лы Со­ци­аль­ных Ис­сле­до­ва­ний в Нью-Йор­ке, - "Тща­тель­но скры­вае­мым сек­ре­том аме­ри­кан­ской эко­но­ми­ки яв­ля­ет­ся то, что 10 % про­цен­тов на­се­ле­ния ста­но­вят­ся бо­га­че не за счет соб­ст­вен­ных спо­соб­но­стей или уда­че, а за счет 90% ра­бот­ни­ков, чья зар­пла­та по­ни­жа­ет­ся ка­ж­дый год, и за счет этих 90% и рас­тет за­ра­бо­ток клас­са ме­нед­же­ров."
Но две тре­ти аме­ри­кан­цев, на во­прос, нуж­но ли по­зво­лять ме­нед­же­рам кор­по­ра­ций по­лу­чать ас­тро­но­ми­че­ские сум­мы, в то вре­мя как 30 мил­лио­нов жи­те­лей стра­ны жи­вут ни­же уров­ня бед­но­сти, от­ве­ти­ли "да".
Сле­до­ва­тель­но, речь мо­жет ид­ти не о "тща­тель­но скры­вае­мом сек­ре­те", о ко­то­ром го­во­рит Да­вид Гор­дон, а о не­зыб­ле­мом убе­ж­де­нии масс, что по­бе­ди­тель дол­жен по­лу­чить все.
Но са­ма по се­бе сис­те­ма рас­пре­де­ле­ния до­хо­дов лишь часть бо­лее об­шир­но­го по­ля, где соз­да­ют­ся боль­шие ка­пи­та­лы. Дру­гим ис­точ­ни­ком бо­гат­ст­ва яв­ля­ет­ся сис­те­ма на­ло­го­об­ло­же­ния. Боль­шой биз­нес, ис­поль­зуя ус­лу­ги вы­со­ко­про­фес­сио­наль­ных и вы­со­ко­оп­ла­чи­вае­мых спе­циа­ли­стов по об­хо­ду за­ко­на о на­ло­го­об­ло­же­нии, в про­цент­ном от­но­ше­нии к оп­ла­те, платит мень­ше на­ло­гов, чем те, кто по­лу­ча­ет зар­пла­ту. У на­ем­ных ра­бот­ни­ков сред­не­го уров­ня нет средств на оп­ла­ту спе­циа­ли­ста, да и за­кон о на­ло­го­об­ло­же­нии не пре­дос­тав­ля­ет им та­кое ко­ли­че­ст­во ла­зе­ек, как биз­не­су, по­это­му они вы­пла­чи­ва­ют на­лог пол­но­стью.
Же­на маг­на­та нью-йорк­ской не­дви­жи­мо­сти Ле­о­на Хэл­мс­ли ока­за­лась на­столь­ко вуль­гар­на, что пуб­лич­но вы­ска­за­ла прин­цип, на ко­то­ром зи­ж­дить­ся бо­гат­ст­во бо­га­тых, - "Толь­ко бед­ные пла­тят на­ло­ги". Эта ис­ти­на об­ще­из­ве­ст­на, но вы­ска­зан­ная пуб­лич­но, она вы­зва­ла скан­дал, ко­то­рый при­вел од­ну из са­мых бо­га­тых дам стра­ны в тюрь­му.
Уход от на­ло­гов лишь од­на из воз­мож­но­стей уве­ли­че­ния бо­гат­ст­ва, и не са­мая важ­ная, ведь, по ста­ти­сти­ке, 10% населения, са­мые бо­га­тые лю­ди стра­ны, вы­пла­чи­ва­ют две тре­ти всех на­ло­гов. Сред­ний класс, со­став­ляю­щий 45% на­се­ле­ния, вы­пла­чи­ва­ет лишь 10% всех на­ло­го­вых по­сту­п­ле­ний, сле­до­ва­тель­но, бо­га­чи дер­жат на сво­их пле­чах весь груз на­ло­го­во­го об­ло­же­ния.
Но ес­ли бо­га­чи вы­пла­чи­ва­ют та­кие ги­гант­ские на­ло­ги, то как же они из го­да в год ста­но­вят­ся бо­га­че? В ком­пен­са­цию клас­са управ­ляю­щей но­менк­ла­ту­ры вхо­дят раз­лич­ные ви­ды по­ощ­ре­ний (benefits), ко­то­рые не об­ла­га­ют­ся по­до­ход­ным на­ло­гом - ак­ции на де­сят­ки мил­лио­нов дол­ла­ров, сред­ст­ва на пред­ста­ви­тель­ст­во, оп­ла­чен­ные от­пус­ка на фе­ше­не­бель­ных ку­рор­тах, суб­си­дии на по­куп­ку до­мов, ав­то­ма­шин и дру­го­го иму­ще­ст­ва.
Ро­берт Кон­квест, британский писатель и социолог, яростный борец с немецким фашизмом и советским коммунизмом, - "При юри­ди­че­ски рав­ных пра­вах, ко­то­рые де­мо­кра­тия пре­дос­тав­ля­ет всем, воз­ни­ка­ет ес­те­ст­вен­ный пе­ре­вес цеп­ких, на­глых и амо­раль­ных". Но жерт­вы "цеп­ких, на­глых и амо­раль­ных" не склон­ны к мо­ра­ли­за­тор­ст­ву, ко­гда это ка­са­ет­ся биз­не­са, на­де­ясь, в бу­ду­щем, вой­ти в их со­став. Сред­ний аме­ри­ка­нец не чув­ст­ву­ет се­бя пред­ста­ви­те­лем ко­го-ли­бо клас­са, он уве­рен, что бо­гат­ст­во и бед­ность не свя­за­ны с при­над­леж­но­стью к ка­ко­му-ли­бо клас­су, все за­ви­сит от лич­ных спо­соб­но­стей и уда­чи.
Аме­ри­ка­нец счи­та­ет свою судь­бу уни­каль­ной, и его не ин­те­ре­су­ют прин­ци­пы, на ко­то­рых по­строе­но об­ще­ст­во, он при­учен ви­деть ок­ру­жаю­щий мир лишь че­рез приз­му сво­его лич­но­го опы­та из ко­то­ро­го нет вы­хо­да на обоб­ще­ния, пус­кай обоб­ща­ют со­цио­ло­ги - его жизнь уни­каль­на и обоб­ще­ни­ям не под­да­ет­ся. Он при­учен ви­деть мир с по­зи­ций оди­ноч­ки, и все, что про­ис­хо­дит вне его лич­ных ин­те­ре­сов, его не вол­ну­ет. Кроме того он верит, что ог­ром­ный раз­рыв до­хо­дов в аме­ри­кан­ской сис­те­ме ре­­­зу­ль­та­т сво­бод­ной кон­ку­рен­ции, но это ре­зуль­тат по­ли­ти­ки самих кор­по­ра­ций, под­дер­жи­вае­мых го­су­дар­ст­вом. Сред­ст­ва мас­со­вой ин­фор­ма­ции ни­ко­гда на за­тра­ги­ва­ют эту скольз­кую те­му, в гро­ме ин­фор­ма­ци­он­но­го во­до­па­да, об­ру­ши­ваю­ще­го на пуб­ли­ку мно­гие тон­ны пус­тя­ков, го­ло­са тех, кто пы­та­ет­ся об этом го­во­рить, не слыш­ны.
Но вот один из этих го­ло­сов, - "Ес­ли ты не име­ешь пра­ва на часть до­хо­да, а по­лу­ча­ешь фик­си­ро­ван­ную зар­пла­ту - ты ог­раб­лен. Ес­ли ты не име­ешь пра­ва на уча­стие в при­ня­тии ре­ше­ний, ко­то­рые ка­са­ют­ся те­бя и ты­сяч тво­их кол­лег - ты ог­раб­лен. И те, кто гра­бит те­бя, от­лич­но зна­ют, что они де­ла­ют. Они зна­ют, как мно­го они по­лу­ча­ют от те­бя, и как ма­ло они те­бе да­ют. Они не толь­ко кра­дут твои день­ги, они кра­дут твою жизнь". Майкл Вен­ту­ра.
До пер­вой по­ло­ви­ны 20-го ве­ка са­мые боль­шие до­хо­ды при­но­си­ло ин­ду­ст­ри­аль­ное про­из­вод­ст­во, во вто­рой по­ло­ви­не ве­ка ин­ду­ст­рия сер­ви­са ста­ла за­ни­мать все бо­лее проч­ные по­зи­ции, а, в кон­це ве­ка 20-го, са­мые боль­шие до­хо­ды ста­ла при­но­сить ин­ду­ст­рия фи­нан­сов.
Поя­ви­лась но­вая по­ро­да пред­при­ни­ма­те­лей, paper entrepre­neurs, бу­маж­ных пред­при­ни­ма­те­лей - фи­нан­си­сты, ин­ве­сти­ци­он­ные бан­ки­ры, те, кто де­ла­ет день­ги не за счет уве­ли­че­ния и раз­ви­тия эко­но­ми­ки, а ску­па­ет и пе­ре­про­да­ет ком­па­нии и кор­по­ра­ции. Про­дукт ма­ни­пу­ля­ций лишь де­неж­ная мас­са, сот­ни мил­ли­ар­дов дол­ла­ров по­па­да­ют в кар­ма­ны фи­нан­со­вой эли­ты, но ни­че­го не соз­да­ет­ся.
За­да­ча ин­ду­ст­рии - про­из­вод­ст­во ма­те­ри­аль­ных про­дук­тов, но глав­ная цель биз­нес­ме­на - про­из­вод­ст­во при­бы­ли, по­это­му соз­да­ние де­неж­ного капитала для лю­бо­го биз­не­са важ­нее, не­же­ли соз­да­ние про­дук­тов. В кон­це 20-го ве­ка ин­ду­ст­рия фи­нан­сов вы­шла впе­ред, она на­пря­мую, ми­нуя про­из­вод­ст­вен­ную фа­зу, про­из­во­дит же­лае­мый про­дукт - день­ги.
Про­из­вод­ст­во не цель, а ин­ст­ру­мент для де­ла­нья де­нег, про­из­вод­ст­во - под­соб­ный ме­ха­низм в фи­нан­со­вой иг­ре, где день­ги де­ла­ют­ся день­га­ми. Про­из­вод­ст­во лишь пер­во­на­чаль­ный, и не са­мый важ­ный этап в ак­ку­му­ля­ции де­неж­ной мас­сы. Боль­шие день­ги не де­ла­ют­ся в сфе­ре про­из­вод­ст­ва, они де­ла­ют­ся там, где по­ку­па­ют­ся и про­да­ют­ся день­ги, в сфе­ре фи­нан­со­во­го ка­пи­та­ла.
День­ги, в ин­ду­ст­рии фи­нан­сов, ос­нов­ной про­дукт, на­хо­дя­щий­ся в про­цес­се по­ку­пок и про­даж. При ка­ж­дой фи­нан­со­вой тран­сак­ции - по­куп­ка-про­да­жа про­из­водств, по­куп­ка и пе­ре­про­да­жа кам­па­ний, зда­ний, зем­ли, сер­ви­са, де­неж­ный объ­ем уве­ли­чи­ва­ет­ся.
В ми­ро­вой тор­гов­ле, стоимость всех то­ва­ров - 3 трил­лио­на дол­ла­ров, фи­нан­со­вые опе­ра­ции, с ним свя­зан­ные, со­став­ля­ют око­ло 100 трил­лио­нов. Про­из­вод­ст­во то­ва­ров и ус­луг уве­ли­чи­ва­ет­ся в год все­го на не­сколь­ко про­цен­тов, а бу­маж­ная эко­но­ми­ка рас­тет в ас­тро­но­ми­че­ских про­пор­ци­ях.
На­цио­наль­ный про­дукт США со­став­ля­ет 14 трил­лио­нов дол­ла­ров, а стои­мость ак­ций около 200 триллионов. Сле­до­ва­тель­но, боль­шая часть стои­мо­сти ак­ций на бирже не име­ют ре­аль­но­го обес­пе­че­ния, их стои­­мо­сть не от­ра­жа­ет ре­аль­ной си­туа­ции в эко­но­ми­ке. Это ог­ром­ный мыль­ный пу­зырь, ко­то­рый не­из­беж­но дол­жен был лоп­нуть.
Первая в истории бир­жа бы­ла соз­да­на в Лон­до­не, в кон­це 18-го ве­ка, и сра­зу же про­де­мон­ст­ри­ро­ва­ла свои воз­мож­но­сти в сфе­ре ма­ни­пу­ля­ций с ак­ция­ми, боль­шин­ст­во из ко­то­рых не име­ли ре­аль­но­го обес­пе­че­ния. Эф­фект был на­столь­ко уст­ра­шаю­щим, что пра­ви­тель­ст­во за­пре­ти­ло кам­па­ни­ям вы­пус­кать ак­ции. За­прет дей­ст­во­вал 50 лет.
Ак­циз­ная бир­жа, не один раз в ис­то­рии ми­ро­вой эко­но­ми­ки, при­во­ди­ла к ги­гант­ским ка­та­ст­ро­фам в эко­но­ми­ке. Но она не­об­хо­ди­ма, бла­го­да­ря ей уве­ли­чи­ва­ют­ся ка­пи­та­ло­вло­же­ния, без нее темп эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия рез­ко за­мед­лит­ся.
Бир­жа по­строе­на на прин­ци­пе спе­ку­ля­ции, по­ку­пок и пе­ре­про­даж, покупая дешевле и продавая дороже, она создает ажиотаж вокруг определенного круга акций, что не­из­беж­но при­во­дит к соз­да­нию ог­ром­но­го пу­зы­ря, ко­то­рый, вре­мя от вре­ме­ни, ло­па­ет­ся, и боль­шин­ст­во вклад­чи­ков те­ря­ют свои жиз­нен­ные на­ко­п­ле­ния. Это азарт­ная иг­ра с вы­со­ким уров­нем рис­ка.
Крах бир­жи в 2000-ом го­ду, был свя­зан с ак­ция­ми кам­па­ний вы­со­ких тех­но­ло­гий, ко­то­рые, в пи­ке ажио­та­жа спе­ку­ля­ций, стои­ли в 50-100 раз до­ро­же чем ре­аль­ная стои­мость кам­па­ний. Кaмпании - гиганты современной технологии, Cisco, eBay, Palm.Inc., Sun Мicrosystems в конце 90-ых годов спонсировали все виды масс-медиа для рекламы огромных возможностей Интернета. Начали появляться тысячи маленьких кампаний занимавшихся разработкой новых коммуникационных систем обладавших минимальным исходным капиталом. Часто не больше чем стоимость ренты за офис. Их акции, благодаря рекламному шквалу раскупались мгновенно. Кампании "Dot.com" росли как на дрожжах, а соотношение между реальной стоимостью кампаний и их акциями было 1-50, 1-100, в некоторых случаях 1-1000.
Мил­лио­ны ин­ве­сто­ров вло­жи­ли в но­вые тех­но­ло­гии 5 трил­лио­нов дол­ла­ров и, раз­дув­ший­ся до ги­гант­ских раз­ме­ров, пу­зырь лоп­нул. Тты­ся­чи кам­па­ний "Dot.com" бес­след­но ис­чез­ли, мил­лио­ны вла­дель­цев ак­ций по­те­ря­ли жиз­нен­ные на­ко­п­ле­ния. Но 5 трил­лио­нов дол­ла­ров, кон­крет­ные вло­же­ния мил­лио­нов ин­ве­сто­ров не мог­ли ис­чез­нуть, они ко­му-то ста­ли при­над­ле­жать, но сле­ды к тем кто стал их вла­дель­цем нис­коль­ко не ин­те­ре­со­ва­ли ор­га­ны фи­нан­со­во­го кон­тро­ля, 5 трил­лио­нов ог­ром­ная си­ла в по­ли­ти­ке. Ко­гда па­мять о пред­ше­ст­вую­щем кра­хе стер­лась, мас­са вклад­чи­ков всту­­п­или но­вую в иг­ру, де­лая став­ки на не­дви­жи­мость.
Оче­ред­ной пу­зырь, пу­зырь рын­ка не­дви­жи­мо­сти был зна­чи­тель­но боль­шим чем все пред­ше­ст­вую­щие, в ок­тяб­ре 2008 го­да он, лоп­нув, при­вел в дей­ст­вие сис­те­му до­ми­но, на­ча­ли ло­пать­ся все дру­гие пу­зы­ри, соз­дан­ные ин­ду­ст­ри­ей фи­нан­сов.
Но ка­та­ст­ро­фу мож­но ото­дви­нуть на не­сколь­ко де­ся­ти­ле­тий, ес­ли во­влечь в "фи­нан­со­вую пи­ра­ми­ду" все стра­ны ми­ра. Для это­го не­об­хо­ди­мо соз­дать гло­баль­ный ры­нок, ко­то­рый ре­шит про­бле­мы на определенное вре­мя. Не ис­чер­па­ны ре­сур­сы и в са­мих Шта­тах. Ры­нок фи­нан­сов мо­жет быть рас­ши­рен за счет во­вле­че­ния в фи­нан­со­вую иг­ру все на­се­ле­ние стра­ны. При­бли­зи­тель­но у 5% на­се­ле­ния стра­ны есть дос­та­точ­ные фи­нан­со­вые сред­ст­ва для соз­да­ния еще боль­ше­го ка­пи­та­ла, но уве­ли­чить свои воз­мож­но­сти они мо­гут лишь во­вле­кая в иг­ру мас­сы, чьи на­ко­п­ле­ния попадут в руки фи­нан­со­вой эли­ты.
Пропаганда говорит что каждый дер­жа­тель ак­ций, вне зависимости от количества акций которыми он владеет, участвует в игре на равных с крупными вкладчиками, т.е. ста­но­вит­ся фи­нан­си­стом. Но держатели небольшого количества акций не при­ни­ма­ет уча­стия в ос­нов­ных ре­­­­­­­­­­­­­­­­ш­­е­­ниях, это не они раз­ра­ба­ты­ва­ет стра­те­гию и так­ти­ку, они пеш­ки в игре в которой они даже не знают правил. . В шахматной игре, с ее 64 клетками, пешки обладают значительной силой, в финансовой игре миллионы пешек не имеют никакой силы, фи­нан­со­вый ме­недж­мент назначает правила и манипулирует ими в свою пользу, он и по­лу­ча­ет весь банк.
Бу­ду­чи ра­бот­ни­ка­ми раз­лич­ных пред­при­ятий и, од­но­вре­мен­но, дер­жа­те­ля­ми ак­ций тех же пред­при­ятий, ог­ром­ные мас­сы на­се­ле­ния вы­сту­па­ют в двух про­ти­во­ре­ча­щих друг дру­гу ро­лях.
В пер­вой сво­ей ро­ли, ро­ли ра­бот­ни­ка, они за­ин­те­ре­со­ва­ны в улуч­ше­нии ус­ло­вий тру­да, сни­же­нии ра­бо­че­го тем­па, по­вы­ше­нии оп­ла­ты и им­му­ни­те­та от не­обос­но­ван­ных уволь­не­ний. В дру­гой, как дер­жа­те­ли ак­ций, они за­ин­те­ре­со­ва­ны в мас­со­вых уволь­не­ни­ях и уже­сто­че­нии ус­ло­вий тру­да - стои­мость ак­ций уве­ли­чи­ва­ет­ся про­пор­цио­наль­но умень­ше­нию уров­ня за­ра­бот­ков и уве­ли­че­нию эф­фек­тив­но­сти тру­да.
Фи­нан­со­вая эли­та - хо­зяи­н ог­ром­но­го ка­зи­но, в ко­то­ром для 60 мил­лио­нов американских "финансистов", акционеров, играющих на бирже, при­зыв­но зву­чат 25-ти цен­то­вые мо­не­ты в иг­раль­ном ав­то­ма­те, а уст­рои­те­ли иг­ры по­лу­ча­ют миллиарды. Элита на­зна­ча­ет пра­ви­ла иг­ры и они все­гда в их поль­зу. Круг замк­нут сис­те­мой об­­­­­­­­­­щ­его ин­те­ре­са, ка­ж­дый име­ет свои кар­ты на ру­ках, и ни­кто не ре­шит­ся на кри­ти­ку, про­тест, или про­сто осу­ж­де­ние - в иг­ре все парт­не­ры рав­ны, у всех есть воз­мож­но­сти стать бо­га­че.
Фи­нан­со­вая сис­те­ма не­что вро­де воз­душ­но­го ша­ра, ко­то­рый под­ни­ма­ет вверх всю ре­аль­ную эко­но­ми­ку. Фи­нан­со­вая ин­ду­ст­рия долж­на слу­жить про­из­вод­ст­ву ре­аль­ных про­дук­тов, уве­ли­чи­вая ин­ве­сти­ции, ка­пи­та­ло­вло­же­ния в но­вые тех­но­ло­гии, в рас­ши­ре­ние про­из­вод­ст­вен­ной ба­зы, но да­ле­ко ото­рвав­шись от зем­ли, под­няв­шись в стра­то­сфе­ру, да­ле­кую от эко­но­ми­ки про­из­вод­ст­ва ре­аль­ных про­дук­тов, воз­душ­ный шар под ог­ром­ным дав­ле­ни­ем ло­па­ет­ся, под его об­лом­ка­ми на­чи­на­ет ру­шить­ся и вся эко­но­ми­ка в це­лом.
Сле­пая ве­ра в сво­бод­ный ры­нок спо­соб­ный ре­шить все эко­но­ми­че­ские и со­ци­аль­ные про­бле­мы при­ве­ла к то­му, что об­ще­ст­во пе­ре­до­ве­ри­ло все ры­ча­ги управ­ле­ния эко­но­ми­ке. Ре­зуль­тат ока­зал­ся тот же что и в пье­се Швар­ца "Тень", где Че­ло­век дал Те­ни пол­ную сво­бо­ду, а она, за­быв о том что она лишь от­ра­же­ние Че­ло­ве­ка, во­зом­ни­ла се­бя все­силь­ной, что она мо­жет су­ще­ст­во­вать са­мо­стоя­тель­но, не­за­ви­си­мо от не­го, но от­ру­бив го­ло­ву Че­ло­ве­ку, ли­ши­лась и сво­ей.